Трижды Герой Иван Кожедуб всю войну летал на любимом «жеребце»

Исследователи до сих пор спорят, сколько же воздушных побед одержал этот советский ас

8 июня исполнилось 100 лет одному из самых знаменитых летчиков Великой Отечественной – Ивану Кожедубу. Он стал третьим и последним трижды Героем Советского Союза, получившим такое звание за подвиги, совершенные до окончания Второй мировой войны. В связи с этим юбилеем вспомним некоторые эпизоды, связанные с биографией Ивана Никитовича, с его боевыми самолетами.

Трижды Герой Иван Кожедуб всю войну летал на любимом «жеребце»

фото: ru.wikipedia.org

х х х

В юности Иван проявлял явно гуманитарные склонности. У него обнаружились, например, способности к рисованию. В школе и техникуме ему поручали оформлять стенгазеты, плакаты. Такой талант пригодился и впоследствии. «Рисование выработало у меня глазомер, зрительную память, наблюдательность. И эти качества пригодились мне, когда я стал летчиком», — написал он в мемуарах.

А уже после окончания семилетней школы он хотел было стать музыкантом – поступить в духовой оркестр, созданный при одной из воинских частей, но его не приняли из-за слишком юного возраста.

х х х

Свой самостоятельный трудовой путь Иван начал с должности библиотекаря в вечерней школе рабочей молодежи в городке Шостка, ближайшем к его деревне. Он работал, одновременно посещая учебные занятия в этой же школе. Позже вспоминал: «В слякоть, в пургу, в мороз ходили ежедневно по семь километров до Шостки да по семь – обратно. Учиться было нелегко, особенно много приходилось заниматься русским языком: у нас в сельской школе занятия шли по-украински».

х х х

Все свои боевые вылеты, все воздушные победы в небе Великой Отечественной Кожедуб одержал на истребителях, спроектированных в КБ Лавочкина. Он даже придумал им любовное сравнение: «Лавочкин» — тот, как жеребец!»

Отличительная особенность этих истребителей — то, что очень много конструктивных элементов на них изготовлено (ради облегчения) из дерева. В итоге «лавочкины» были очень скоростными машинами, но при удачном попадании неприятельских пуль и снарядов они легко вспыхивали, и горели, как факелы. И еще одна специфическая особенность: при долгом полете из-за плохой вентиляции в кабине пилота от работающего двигателя воздух разогревался до 65 градусов! Поэтому довольно часто летчики предпочитали отправляться на боевые задания с открытым фонарем кабины.

В общей сложности Иван Никитович сменил за годы войны 6 крылатых машин. Начинал на самолетах Ла-5, а затем пересел на более совершенные Ла-7. Причем все самолеты после него оставались в строю и переходили другим летчикам.

х х х

Будущий трижды Герой мог погибнуть в первом же своем бою, 26 марта 1943-го. Необстрелянный еще летчик вместе со своим ведущим в составе группы истребителей должен был осуществлять патрулирование воздушной зоны в районе аэродрома. Он чуть замешкался при взлете и отстал от товарищей. Решив самостоятельно продолжить патрулирование Иван вдруг заметил шестерку немецких самолетов и отважно ринулся их атаковать. В результате «лавочкин» Кожедуба попал под массированный обстрел «мессеров» и получил повреждения. Сам летчик избежал смерти чудом. От вражеской пули его спасла единственная на Ла-5 защита: бронеспинка кресла. Увернувшись от немцев и с трудом удерживая поврежденный истребитель в воздухе Иван направил его к аэродрому. Но тут «лавочкина» по ошибке обстреляли наши же зенитчики! В итоге дебютант все-таки смог посадить свой Ла-5 на «брюхо». На крыльях и в фюзеляже многострадального самолета техники насчитали около полусотни пробоин. В итоге истребитель отправили на капитальный ремонт, а «напортачившего» молодого летчика едва не сослали в наземные службы. Однако в итоге командир полка все-таки поверил в будущее Кожедуба-истребителя.

х х х

После первой неудачной пробы Иван Никитович взялся «за науку». Он стал тщательно изучать тактику воздушного боя. Его рабочая тетрадь быстро заполнялась аккуратно вычерченными схемами. — Кожедуб «протоколировал» боевые приемы наших и даже немецких летчиков. Он старательно записывал технические возможности вражеских самолетов, схематически зарисовывал их слабые места. Однополчане подсмеивались над такими «уроками рисования», но молодой летчик не обращал на их шутки внимания. Впоследствии сам прославленный летчик вспоминал: «…Я стал присматриваться к боевой работе моих товарищей. Внимательно слушал разборы выполнения боевой работы за день, изучал тактику врага и старался соединить теорию, приобретенную в школе, с фронтовым опытом. Так изо дня в день я готовился к схватке с врагом…»

х х х

С мая 1944 года И. Кожедуб воевал на новеньком истребителе Ла-5ФН, да еще и «именном». Машина была построена на деньги, скопленные колхозником-пасечником из Сталинградской области В. В. Коневым, сын которого погиб на войне. По просьбе крестьянина самолет был назван в честь его односельчанина-летчика. Поэтому на левой стороне фюзеляжа имелась надпись «Имени Героя Советского Союза подполковника Конева Г. Н.», а на правой — «От колхозника Конева Василия Викторовича». На этом «лавочкине» за неделю воздушных боев в небе Румынии Кожедуб сбил 8 вражеских истребителей и бомбардировщиков.

Как рассказывали ветераны, воевать на «именных» самолетах считалось очень почетным, однако чревато было и дополнительными опасностями для летчика. Пилоты люфтваффе, заметив «эксклюзивную» надпись на борту нашего истребителя, сразу понимали, что за штурвалом такой машины явно не новичок, а кто-то из русских ассов, и потому атаковали его особенно яростно, стремясь во что бы то ни стало сбить – в назидание другим «иванам».

х х х

В августе 1944 года Кожедуб получил звание капитана и был назначен заместителем командира 176-го Гвардейского истребительного авиаполка. Это летное подразделение первым получило машины новой модели – Ла-7. А уже вскоре его вместе с несколькими другими опытными летчиками с по приказу командующего ВВС А. А. Новикова направили в Прибалтику, где предстояло сразиться с группой немецких «свободных охотников» — асов люфтваффе под командой известного мастера воздушного боя майора Хельмута Вика. Так наши мастера боевого пилотажа схлестнулись с немецкими. И в итоге одержали победу: за несколько дней удалось сбить 12 вражеских истребителей, потеряв при этом лишь два своих. После подобного конфуза «птенцы» майора Вика свернули свои активные действия на этом участке фронта.

х х х

За всю войну Кожедуб ни разу не оказался сбит, однако было несколько случаев «на грани», когда лишь высокое мастерство пилотирования и везение спасли его не просто от беды, но даже от смерти.

12 октября 1943 года, прикрывая от налетов вражеских бомбардировщиков переправы, наведенные через Днепр, Иван Никитович в одном из эпизодов боя сумел подбить «юнкерс», но и его Ла-5 загорелся. Понимая, что находится в данный момент над неприятельской территорией, Кожедуб принял решение пожертвовать собой, совершив наземный таран. Он направил свой горящий истребитель в скопление немецкой техники, но в самый последний момент при скоростном пикировании пламя с «лавочкина» удалось сбить. Когда ему об этом сообщил по радио ведомый, Кожедуб уже над самой землей сумел вывести истребитель из смертельного пике. Он долетел до своего аэродрома и благополучно посадил поврежденную машину.

х х х

До недавних пор в справочниках указывалось число воздушных побед И. Н. Кожедуба: 62 сбитых им в годы войны вражеских самолета (именно такое количество упомянуто в наградных документах). Однако позднее исследователям удалось обнаружить еще два кожедубовских «трофея», почему-то не учтенные в этом списке: эти самолеты были уничтожены героем 11 апреля и 8 июня 1944 года.

х х х

Ведя свой счет одержанным в воздухе победам, И. Кожедуб всегда проявлял особую щепетильность. Он никогда не включал в список сбитых вражеский самолет, если собственными глазами не видел, как тот рухнул на землю или взорвался. Даже свидетельства товарищей по полку, которые гарантировали, что подбитый Иваном «немец» заполыхал факелом и наверняка погиб, не принимал он в расчет. Кроме того Кожедуб не записал на себя ни одного самолета сбитого в группе или общими усилиями со своим ведомым, — дарил эти победы своим товарищам. Например, по подсчетам исследователей, только своему бессменному ведомому Василию Мухину Иван Никитович «переадресовал» не менее пяти сбитых ими на пару вражеских самолетов. Общее количество групповых побед над гитлеровскими летчиками, в которых принимал участие И. Кожедуб, официально нигде не указывается. В своих исследованиях некоторые авторы упоминают весьма внушителные данные – до 29 уничтоженных в воздухе самолетов.

х х х

Среди сбитых И. Кожедубом «немцев» один – особенный. 17 февраля 1945 года, в бою над Одером, им бвл уничтожен немецкий истребитель принципиально новой конструкции — реактивный «Мессершмитт» Me-262. Как вспоминал Иван Никитович, в тот день, выполняя патрулирование в паре со своим ведомым он обнаружил незнакомого вида немецкий самолет, который летел с гораздо большей, чем обычные «мессеры» скоростью. Даже на быстром Ла-7 удалось догнать вражескую машину, лишь выжав максимальную скорость. Уже приблизившись к неприятелю, Кожедуб понял, что перед ним истребитель на реактивной тяге. «…Немецкий самолет стал разворачиваться влево, в мою сторону. Дистанция резко сократилась и я сблизился с врагом. С невольным волнением открываю огонь. И реактивный самолет, разваливаясь на части, падает…»

х х х

В список воздушных побед, одержанных Кожедубом, следовало бы добавить еще два самолета. Незадолго до конца войны в небе над Берлином он сбил два американских истребителя Р-51 «Мустанг», которые предприняли атаку на его «Лавочкин», спутав с немецким самолетом. Попытки показать свою принадлежность к авиации союзной России не дали результата. И тогда Иван Никитович, продемонстрировав свой фирменный стиль боя «срубил» обоих «американцев». Один «Мустанг» в итоге взорвался в воздухе, экипаж другого спустился на парашютах. По воспоминаниям, командир полка не стал вписывать эту двойную победу в формуляр Кожедуба и пошутил: «Их припишут тебе в первый же день следующей войны!». Увы, как оказалось, – напророчил.

х х х

В 1951-1952 гг. И. Н. Кожедуб был направлен в Корею во главе нашей авиадивизии, чтобы помочь китайским и корейским войскам. Советским летчикам пришлось воевать против недавних союзников — американских летчиков. Участие наших асов в корейской войне старались тщательно засекретить. Самому комдиву Кожедубу высшее начальство категорически запретило участвовать в боевых вылетах. Ради конспирации во всех сообщениях и документах даже его фамилию заменяли псевдонимом: Крылов.

Однако, судя по некоторым свидетельствам, Иван Никитович все-таки несколько раз нарушил приказ и вылетал «поохотиться» в корейском небе. Но делал это только по ночам. Сколько сбитых американских самолетов он при этом добавил на свой боевой счет, доподлинно не известно.

х х х

Иван Никитович летал вплоть до 50-летнего возраста. За свою жизнь он поднимал в воздух десятки типов самолетов. Последние свои полеты он совершил в 1970 году на истребителях МиГ-23.

х х х

Последний из самолетов, на которых воевал И. Н. Кожедуб в годы Великой Отечественной, — Ла-7 с бортовым номером «27», впоследствии был передан в музей авиации в подмосковном Монино и долгие годы демонстрировался там в основной экспозиции.

Оцените статью
NRBB
Добавить комментарий